Не-снова, а именно – впервые в жизни, постоял на весах с электродами, которые измеряют сопротивление между ногами (то есть, не там, где вы подумали, а от одной ступни до другой). На основании этого сопротивления, учитывая ещё рост (185), вес (75), пол (M) и возраст (36), весы выдают ещё такие числа:

Fat percent: 12.5%

Metabolic age: 21 (лет, как я понимаю)

Было ещё несколько других чисел, которые понятным мне образом считаются из имеющихся. А с этими – ну metabolic age это, по-моему, вообще фигня какая-то, а узнать по сопротивлению сколько во мне жира можно только весьма приблизительно. Хотя явных ошибок прибор не делал, грубо говоря, он показывал примерно то же, что и без него видно. (Полезная вещь, однако.) Но я был удивлён, что он дал мне 12.5 процентов! я думал, у всех, типа, моих вело-компаньонов жира просто около 0, а оказывается (если прибор не врёт), что больше 10%. Век живи, век учись

Впечатления первых двух дней почти сплошь положительные.

• Люди приветливее, чем в Петербурге: продавщицы в магазинах, отвечающие на улицах. Машины лучше пропускают пешеходов на переходах. Тут, конечно, важную роль играет собственное отношение.
• Много велосипедов! Простых, используемых явно по назначению – то есть, чтобы доехать из одного места в другое. По новгородским дорогам ездить на велосипеде хорошо: машин не такое количество, как в Петербурге. А гор так же нет.
• Планировка улиц и дворов (имеется в виду пешеходная часть) неудовлетворительна. Кругом огромные лужи. Когда они в асфальте, приходится обходить их по соседним газонам, вытаптывать траву и носить грязь. Лужи на дворовых проездах вообще невероятные, а также мы однажды попали в натуральное болото на газоне. И ведь сейчас самое сухое время года, что тут происходит весной – воображение разыгрывается.
• На улицах, в парках, на городском валу вечером сидят мужики (и женщины тоже) с пивом. Мне уже привычно, что они как-то в основном переместились в кабаки, на улице сидят больше бомжи, а тут – вполне даже приличные компании.
• На окнах первых этажей почти нигде нет железных решёток. Даже на совсем низких. В столицах, как мне кажется, это невозможно.

Посмотрели обычные достопримечательности. В Кремле прекрасно. Чисто, спокойно, много скамеек (с надписью “подарок от МТС”). Полным ходом идёт реставрация, строящихся “объектов” больше, чем всех остальных. Открывается прекрасный вид на город с самой высокой кремлёвской башни Кокуй.

Вечером пошли искать отмеченный на карте монумент жертвам политических репрессий. Вроде бы на этом месте обнаружился… памятник Петру I, поставленный в 2009 году. Вокруг сидят вышеупомянутые любители пива. Стали спрашивать. Оказалось, что монумент жертвам перенесён. По описанию совсем недалеко, но мы так и не поняли объяснения местных собачников, куда именно.

Прошли в том направлении, там третий опрошенный показал на монумент, действительно совсем рядом. Мне было немного странно, что он оказался вытеснен Петром Первым. Может быть, власти посчитали, что в центре парка более уместна мажорная композиция, а для монумента жертвам больше подходит тихая площадка у церкви.

Музей деревянного зодчества в Витославлицах – сплошной позитив, работники (в основном работницы) разодеты в национальные костюмы – но так и хочется вставить, несмотря на это – просто нормально относятся к посетителям. Реально интересная экспозиция. Кафе с ценами, в которые было сначала трудно поверить (низкие). Детей пускают полазать на некоторые музейные экспонаты.

Нам повезло с погодой. Купались на отличном пляже у самого Кремля; там приятный песок – не много где есть в Финляндии, – и чистота вполне на уровне. Я, кстати, не знаю, где можно купаться в Петербурге, “городе рек и каналов” или как там его, ближе чем километров за 40 от центра.

Благодарю моих новгородских друзей, которые мне много чего полезного
сказали/сделали, а в первую очередь ещё кое-кого, благодаря кому эта поездка стала возможной (не знаю, хотят ли они упоминания своего имени). Рекомендую срочно побывать в Новгороде минимум три дня всем тем, кто там ещё не бывал!

На велофорумах в Финляндии люди любят прибедняться и говорить про себя меньше, чем есть на самом деле. Например, почти на всех объявлениях о покатушках с местными клубами сказано, мол, “подходит начинающим”. Или даже “можно ехать на шоссейнике или гибриде”. На самом деле эти поездки – по крайней мере некоторые – до фига спортивные, например вчера мы проехали 150 км со средней скоростью (по спидометру) 31.5км/ч. Вот карта маршрута:

Полноразмерная карта

Я почти всё время сидел на колесе в хвосте группы и завершил маршрут с большим усилием воли – как раз конец был по самому холмистому участку Эспо и с заездом на гору, перед которой висит единственный в округе автомобильный знак “крутой подъём”. Это называется, “подходит начинающим”, да.

На петербургском велофоруме… постоянно можно прочитать что-нибудь вроде “у меня по городу средняя 30-35″. Тем, кто не знает – частые остановки в городе очень сильно снижают среднюю скорость, тот, кто едет по городу со средней 35, пожалуй имел бы хорошие шансы на Тур де Франс. Вчера, например, мы ехали пелетоном по гладким шоссе без препятствий. Или те же самые “30-35 по пересечёнке”. Например, суммарная средняя скорость у одного из сильнейших велосипедистов Финляндии на внедорожном марафоне, в котором я когда-то участвовал, была меньше 20 километров в час (60 км за 3:09). То есть, такое просто читать стыдно.

Стоят ли за этим национальные особенности, или какие-нибудь другие причины (например, другой класс людей использует этот канал общения)? Не знаю.

Очень вольный, или скорее очень авторизованный, перевод известной байки с английского. Или даже пересказ. Я изменил и тон повествования, и некоторые “факты”. Только смысл остался

Пятеро учеников мастера дзена приехали на своих велосипедах с рынка. Учитель спросил их: Почему вы ездите на велосипеде?

Первый ученик сказал: “Я припёр на багажнике вот такой мешок картошки. А чего? Иначе пришлось бы тащить его на собственной спине!”

И Учитель, обрадованный, ответил ему: “Ты умён. Когда ты доживёшь до моих лет, твоя спина не будет сгорбленной, как у меня.”

Второй ученик ответил: “Велосипед – экологичен, помогает поддерживать физическую форму, не занимает много места, часто позволяет добраться до места назначения быстрее, чем любым другим способом.”

Учитель повторил одними губами такой рациональный ответ, и добавил вслух: “Ты знаешь свой путь в жизни.”

Третий сказал так: “А я просто прикалываюсь ездить и смотреть по сторонам. Типа, леса, там, поля, и всё такое.”

Ещё больше возрадовался Учитель и сказал: “Твои глаза по-настоящему открыты для красоты окружающего нас мира.”

У четвёртого ученика был припасён ответ покруче: “Когда я еду на велосипеде, я ощущаю себя частью общей гармонии.”

Учитель посмотрел на него с уважением и прокомментировал: “Я верю, ты познаешь эту гармонию. Да будет она открываться твоему разуму с лёгкостью, как дорога с ровным асфальтом хорошо накачанному колесу.”

Пятый ученик запнулся, долго ничего не мог придумать, и в конце концов сказал: “А я езжу на велосипеде потому что очень люблю ездить на велосипеде.”

И подошёл к нему Мастер и стал перед ним на колени со словами: “Теперь я – твой ученик!”

“Ну что, Федор Константинович”, начал Щеголев, утолив первый голод, “дело, кажется, подходит к развязке! Полный разрыв с Англией, Хинчука по шапке… Это, знаете, уже пахнет чем-то серьёзным. Помните, я еще так недавно говорил, что выстрел Коверды — первый сигнал! Война! Нужно быть очень и очень наивным, чтобы отрицать ее неизбежность. Посудите сами, на востоке Япония не может потерпеть — – “.

И Щеголев пошел рассуждать о политике. Как многим бесплатным болтунам, ему казалось, что вычитанные им из газет сообщения болтунов платных складываются у него в стройную схему, следуя которой логический и трезвый ум
(его ум, в данном случае) без труда может объяснить и предвидеть множество мировых событий. Названия стран и имена их главных представителей обращались у него вроде как в ярлыки на более или менее полных, но по существу одинаковых сосудах, содержание которых он переливал так и этак. Франция того-то боялась и потому никогда бы не допустила. Англия того-то добивалась. Этот политический деятель жаждал сближения, а тот увеличить свой престиж. Кто-то замышлял и кто-то к чему-то стремился. Словом — мир создаваемый им, получался каким-то собранием ограниченных, безъюморных, безликих, отвлеченных драчунов, и чем больше он находил в их взаимных действиях ума, хитрости, предусмотрительности, тем становился этот мир глупее, пошлее и проще. Совсем страшно бывало, когда он попадал на другого такого же любителя политических прогнозов. Был, например, полковник Касаткин, приходивший иногда к обеду, и тогда сшибалась щеголевская Англия не с другой щеголевской страной, а с Англией касаткинской, такой же несуществующей, так что в каком-то смысле войны международные превращались в межусобные, хотя воюющие стороны находились в разных планах, никак не могущих соприкоснуться.

Владимир Набоков. “Дар”. 1935-37.