Константин Шемяк – дневник

Предыдущая часть: Пейзаж меняется на норвежский

На подъезде к Vardø мы видим указатель на “достопримечательность”. Почему-то решили свернуть и посмотреть, хотя я был почти уверен, что это будет очередная достопримечательность на пустом месте специально для туристов. На этот раз я ошибался.

Посёлок называется Kiberg и состоит практически из одной прибрежной улицы. Указатель привёл нас к “Partisanmuseet“. Музей оказался открыт до восьми вечера (мы приехали без двадцати восемь); ощущение не передать – на улице, кажется, ни одного человека на много километров, растительности нет, кругом полярная пустота – и открытый музей.

Не зря заехали, я узнал много нового для себя. Это, конечно, не петербургский артиллерийский музей, экспозиция напомнила мне мини военный музей в моей начальной школе. Но зато в пояснительных текстах мы прочитали примерно вот что. Пересказываю как запомнил, кто знает лучше – поправьте:

В первой трети двадцатого века на этом норвежском краю света были сильны коммунистические настроения. Возможно, из-за бедности – до столицы было несколько дней пути по морю, северные окраины жили, как везде в то время за Полярным кругом. Во вторую мировую войну Норвегия капитулировала перед фашистской Германией, и регулярной армии не стало. Почти все жители Севера симпатизировали Советскому Союзу и пошли в партизаны. Многие плавали в Мурманск и имели там контакты с Красной Армией. Такие уже, естественно, считались не просто партизанами, а вражескими шпионами. Во время войны Kiberg стал северным центром партизанского движения. Местные жители следили за фашистскими кораблями и передавали по радио информацию в СССР. Благодаря этим данным, было потоплено большое их количество (забыл сколько).

Германия подготовила и провела операцию “полуночное солнце”, в результате которой практически все эти партизаны были разоблачены и уничтожены. Запомнил цифру: из Киберга погибло 17 человек. Учитывая размер посёлка – одна улица (а тогда наверно был и того меньше) – можно понять, что это просто всё мужское население. На мемориальном камне перед музеем есть и несколько русских фамилий.

После войны… они не были признаны. Только в 1992 году король Норвегии приехал в этот Киберг, произнёс речь, и погибшие стали официально считаться отдавшими жизнь за свою страну.

Моя интерполяция: это произошло исключительно благодаря падению коммунистического режима в СССР и прекращению открытой вражды. До этого признание партизанов, воевавших фактически на стороне СССР, было бы слишком неоднозначным – СССР был официальным врагом.

Своего веб-сайта у музея нет, фотографию здания можно увидеть на сайте музеев Vardø, всё что я нашёл потом- пара слов по-английски плюс два варианта страницы о Киберге в норвежской Википедии (nynorsk, bokmål).

В музее, кроме нас, не было ни одного человека. Стояла большая гильза с прорезью, куда предлагалось бросить входную плату. Подпись говорила, что музей не получает государственного финансирования, и деньги идут исключительно на оплату коммунальных услуг. Когда мы уходили, приехал пожилой смотритель с ребёнком (внуком?) и, оставив машину со включённым мотором на улице, пошёл запирать двери.

Продолжение: Vardø